gototopgototop
Авторизация
На сайте:
Нет
Заметки
logo_news.png
Соцсети
Главная Благовест книги Руководство к изучению Свщ. Писания Нового Завета. СОБОРНЫЕ ПОСЛАНИЯ свв. АПОСТОЛОВ - Первое соборное послание святого апостола Иоанна Богослова

Руководство к изучению Свщ. Писания Нового Завета. СОБОРНЫЕ ПОСЛАНИЯ свв. АПОСТОЛОВ - Первое соборное послание святого апостола Иоанна Богослова

Индекс материала
Руководство к изучению Свщ. Писания Нового Завета. СОБОРНЫЕ ПОСЛАНИЯ свв. АПОСТОЛОВ
Предисловие
Значение наименования некоторых посланий «соборными»
Соборное послание святого апостола Иакова
Первое соборное послание святого апостола Петра
Второе соборное послание святого апостола Петра
Первое соборное послание святого апостола Иоанна Богослова
Второе соборное послание святого апостола Иоанна Богослова
Третье соборное послание святого апостола Иоанна Богослова
Соборное послание святого апостола Иуды
Все страницы

Сведения о писателе

Хотя в этом послании писатель нигде не называет себя по имени, древнее предание Церкви издавна считало его принадлежащим возлюбленному ученику Христову и евангелисту св. Иоанну Богослову. Самый стиль послания живо напоминает нам Евангелие от Иоанна, как и многие слова и выражения.
Св. Иоанн Богослов был сыном галилейского рыбаря Зеведея и жены его Соломин, по преданию дочери Иосифа-обручника от первого его брака и, следовательно, падчерицы Божией Матери и сводной сестры Господа Иисуса Христа.
Таким образом, он приходился Господу, по представлениям окружающих, племянником. У него был брат Иаков старший, бывший тоже в лике 12-ти. Обоих братьев за силу их духа и огненную ревность Господь прозвал "воанергес", что значит "сыны Громовы" (Мк. 3:17). Повинуясь зову Господа (Мф. 4:21 и Лк. 5:10), Иоанн оставил родительский дом, став одним из приближеннейших учеников Его вместе с Петром и Иаковом (Мк. 5:37; Мф. 17:1; 26:37).
Господь удостоил Иоанна особенной любви, которая наиболее трогательно выразилась на Тайной Вечере, когда Иоанн возлежал на персях Своего Божественного Учителя (Ин. 13:23,25), и в особенности при кресте, с которого Господь усыновил Иоанна Своей Пречистой Матери (Ин. 19:26). Благодарно вспоминая все это, св. Иоанн, не называя себя по имени, говорит в своем Евангелии о себе как об ученике, "которого любил Иисус" (Ин. 19:26).
Со своей стороны и он отвечал преданной любовью своему Учителю: если любовь Петрова была более горячей и деятельной (Ин, 18:10; 21:15), то любовь Иоанна запечатлена была наибольшей глубиной и верностью. Из всех учеников только Иоанн не оставил своего Учителя во время Его страданий и стоял на Голгофе у самого креста (Ин. 19:26).
После Вознесения Господня и Сошествия Святого Духа св. Иоанн 15 лет не оставлял Иерусалима — до блаженного успения порученной его попечению Божией Матери. Вместе с Петром и Иаковом он принимал деятельное участие в устроении Иерусалимской церкви, так что вместе с ними считался одним из столпов ее (Гал. 2:9). Когда были крещены новообращенные самаряне, для низведения на них Духа Святого к ним отправился св. Иоанн вместе со св. Петром (Деян. 8; 14). Позже и он направился с евангельской проповедью в римские провинции Малой Азии, а по смерти свв. Петра и Павла основал свое постоянное местопребывание в Ефесе. Отсюда он управлял всеми церквами Малой Азии в качестве верховного их пастыря.
Из Ефеса он был сослан на остров Патмос при императоре Домициане, после того, как чудесным образом сохранил свою жизнь, быв ввержен в котел с кипящим маслом. В этой ссылке он написал свой Апокалипсис о будущих судьбах Церкви Божией и всего мира. При императоре Нерве он возвратился в Ефес и там уже в конце I века христианской эры, по убедительным просьбам многих, написал свое Евангелие и затем 3 послания. Всю жизнь он оставался девственником и почил своею, несколько загадочною, смертью уже в начале II века, будучи более 100 лет возрастом, в городе Ефесе, который до сего времени сохранил воспоминание о нем в своем современном названии "Айя Селук", что значит "Святой Богослов".

 

Подлинность первого послания Иоаннова

Хотя св. Иоанн и не называет себя по имени в начале послания, но говорит о себе как об очевидце и самовидце событий земной жизни Господа Иисуса Христа (1:1-4). Вся христианская древность единодушно признавала это послание писанием св. Иоанна Богослова. Особенно важны показания св. Поликарпа и Папия Иерапольского, которые были учениками св. Иоанна Богослова, а также св. Иринея, бывшего учеником св. Поликарпа. Свидетельства о его подлинности мы находим и у Климента Александрийского, у Тертуллиана, у Оригеиа, у Дионисия Александрийского и др. Есть оно и в так называемом Мураториевом каноне, и в сирском переводе Пешито. Евсевий причисляет это послание к несомненно каноническим. Никаких сомнений в подлинности его в древней Церкви не было.
Все внутренние признаки послания убеждают, что писатель его — одно и то же лицо с автором четвертого Евангелия. Тот же образ и характер представления и изложения, тот же дух и тон особенной любви и сердечной теплоты, соединенной, однако, с отеческой важностью, та же глубина и сила чувства.
Дионисий Александрийский отмечает одинаковое и частое употребление одних и тех же слов как в этом послании, так и в Иоанновом Евангелии: "Евангелие Иоанново и послание согласны между собой и одинаково начинаются..." Иоанн верен себе и не отступает от своей целиной раскрывает все в одинаковых периодах и одинаковыми словами. Внимательный читатель в каждой из упомянутых книг часто встретит слова: "жизнь", "свет", "прохождение тьмы", непрестанно будет видеть: "истина", "благодать", "радость", "плоть и кровь Господа", "суд", "оставление грехов", "любовь Божия" к нам, заповедь о взаимной нашей любви и что должно соблюдать все заповеди; также осуждение мира, диавола, антихриста, обетование Св. Духа, усыновление Богу, во всем требуемую от нас веру, везде Отца и Сына.

 

Время и место написания послания Иоаннова

Начало послания и весь его тон и характер дают понять, что оно написано после Евангелия от Иоанна. Так, первые слова послания указывают на другое писание того же писателя и даже выражения из него: "что было от начала, что мы видели и слышали, возвещаем вам" (ст. 1-3). Об этом св. Иоанн изложил в своем Евангелии, а здесь как бы только напоминает о сем для утверждения христиан в истинной вере. Вот почему издревле в Церкви утвердилось предание, что это послание написано св. Богословом спустя некоторое время после Евангелия, т.е., вероятно, в, самом конце I столетия.
Т.к. последние годы своей жизни св. апостол Иоанн провел в Малой Азии, и именно в городе Ефесе, где и окончил поприще своего земного служения, то, несомненно, и первое послание его написано в Ефесе.

 

Первоначальное назначение послания, побуждения к написанию его

По содержанию первого послания можно заключить, что назначалось оно для христиан малоазийских церквей, уже давно основанных и состоявших в значительном большинстве более из язычников, чем из иудеев (см. 1 Ин. 5:21). Из содержания послания видно, что ко времени его написания чрезвычайно умножились в Малой Азии те утонченные гностические лжеучения, которые сменили собой и грубое плотское иудейство и язычество и против которых боролись уже свв. апостолы Иуда и Петр в своих соборных посланиях и св. апостол Павел в своих пастырских посланиях. Опасность, грозившая малоазийским церквам со стороны этих лжеучителей, и побудила св. апостола обратиться к ним с соборным посланием.
На это есть ясные указания в самом послании (2:19-22; 4:1-3, 5 и др). Эти лжеучители-гностики отвергали Божество Иисуса Христа и достоинство Его как Спасителя мира, отвергали поэтому и действительность Его воплощения, кичились своей мнимой мудростью (2:3, 4, 29; 4:6), послабляли порокам (3:4-10), утверждали, что знание дает человеку право на полную свободу, нравственный разгул и разврат, которому и предавались.
Соответственно этому общий характер послания увещательный и обличительный, хотя прямой полемики и нет, как нет и в Евангелии. Апостол имеет в виду ту же цель, как и в Евангелии — утвердить веру во Иисуса Христа как Сына Божия, чтобы все получили через Него живот вечный и были в Истине и Любви.

 

Содержание послания

Первое послание Иоанново состоит из 5-ти глав со следующим содержанием:
1-ая глава: Несомненная истинность благовествования о Слове Жизни (1-4). Бог — свет (5). Общение с Богом и Христом (6-10).
2-ая глава: Христос — умилостивление за грехи всего мира (1-2); познание Его и общение с Ним, как со светом в любви (3-11); возможность сего общения для всех (12-14); противоположная сему любовь мира (15-16). Последняя година, антихрист и антихристы (17-19). Истинное учение Христово, в противоположность антихристианскому (20-29).
3-я глава: Сыны Божий и дети диавола (1-10). Братская любовь к ближнему и ненависть (11-18). Успокоение сердца в Боге (19-22). Вера и любовь (23-24).
4-ая глава: Дух Божий и духи-обольстители (1-6). Любовь Божия и любовь к Богу (7-10). Любовь к ближним (11-12). Любовь к Богу и ближним (14-21).
5-ая глава: Победа верующего и любящего над миром (1-5). Три свидетеля на небе и на земле об одном (6-9), Внутреннее свидетельство верующего (10-13). Дерзновение верующего (14-15). Согрешающий брат (16-19). Бог истинен (20-21).

 

Экзегетический разбор первого послания Иоаннова

В своем первом послании св. Иоанн беседует с верующими, как отец с детьми, совершенно безыскусно, не следуя строгому порядку в расположении мыслей и часто повторяя одни и те же выражения. Поэтому трудно разделить содержание его послания на самостоятельные отделы. Для запоминания достаточно обозначить по порядку глав некоторые выдающиеся в них мысли, к которым прочие относятся как соподчиненные.
1-ая глава начинается удостоверением истинности благовествования о Слове Жизни и о целях этого благовествования: "чтобы и вы имели общение с нами, а наше общение с Отцом и Сыном Его Иисусом Христом" и чтобы "радость ваша была совершенна". Как в своем Евангелии, так и здесь св. Иоанн именует второе Лицо Пресвятой Троицы "Словом". Апостол свидетельствует, что будет говорить не о том, что знает только понаслышке, а о том, чему он сам был очевидцем, слышателем и свидетелем.
"Да радость ваша будет исполнена" — выражение, совершенно подобное Ев. Иоанна 15:11 и 17:13 (ст. 1-4).
Далее апостол изъясняет условия и законы, на которых зиждется общение с Богом:
1) хождение во свете — "если мы говорим, что имеем общение с Ним, а ходим во тьме, то мы лжем" (ст. 5-6);
2) общение друг с другом — "если ходим во свете... то имеем общение друг с другом, и кровь Иисуса Христа, Сына Его, очищает нас от всякого греха" (ст. 7);
3) исповедание грехов - "если исповедуем грехи наши", не сознаем только их, а именно исповедуемся в них открыто перед Богом и перед свидетелем Его, уполномоченным вязать и решить (Ин. 20:22-23), то "Он... простит нам грехи наши" (ст. 8-9).
"Если говорим, что мы не согрешили, то представляем Его лживым", т.е. отвергаем все учение Христово об искупительной жертве Его за грехи людей (ст. 10).

Во 2-ой главе апостол говорит, что Христос есть "умилостивление за грехи наши", и "не только за наши, но и за грехи всего мира", т.е. за грехи всех людей, не только ныне живущих, но и живших прежде и имеющих жить до самого второго пришествия Христова. Это — основное положение христианства (ст. 1-2).
Но как использовать это умилостивление? Через соблюдение заповедей: "а что мы познали Его, узнаем из того, что соблюдаем Его заповеди" (ст. 3). Это соблюдение заповедей — единственное доказательство истинности любви такого человека к Богу и к ближним, ибо основная заповедь Божия есть заповедь о любви. Эта заповедь есть и древняя, и новая. Она — древняя, потому что была и в Ветхом Завете, была написана на скрижали сердца и у язычников, но до Христа на земле было царство тьмы, а потому чувство любви заглушалось у людей противоположными внушениями диавола.
А когда Христос принес Себя в жертву и Своею Кровью искупил людей от первородного греха, сокрушив царство диавола в мире, древняя заповедь о любви обновилась в сердцах возрожденных людей, стала как бы новой заповедью и действительно приобрела новый возвышенный характер особенной чистоты, бескорыстия и одухотворенности, бесконечно превосходя любовь и язычников, и иудеев. Христианская любовь основывается на высокой идее всеобщего искупления Христом и духовного единства всех людей во Христе как членов единого духовного тела Христова. Оттого только в христианстве возможна любовь к врагам, немыслимая ни в иудействе, ни в язычестве, ибо там нет для нее оснований (ст. 5-8).
Поэтому кто теперь говорит, "что он во свете, а ненавидит брата своего, тот еще во тьме", т.е. тот еще не христианин.
Доказательством христианского настроения души служит только "любовь к брату" (ст. 9-11).
Начиная с 12 стиха, апостол начинает излагать новое наставление, именно: предостережение против любви к миру, чему предпосылает воззвание к христианам разных возрастов. Связь речи с предыдущим такова: как отличительный признак христианского совершенства есть любовь к Богу и к ближним, так сильнейшим препятствием к исполнению этой основной заповеди христианства является любовь к миру и к тому, что в мире. Поэтому апостол и предостерегает от таковой любви все возрасты: детей, отцов, юношей и отроков.
Тут имеются в виду, по-видимому, возрасты духовно-нравственной жизни, хотя нельзя вполне исключать и естественных возрастов, которые иногда (хотя и не всегда) совпадают со степенями духовно-нравственной жизни. Для каждого возраста апостол указывает особенное побуждение к тому, чтобы он не прилеплялся к миру. Для детей, только что после крещения начавших христианскую жизнь, таким побуждением служит прощение им грехов в таинстве крещения; для отроков — познание Бога Отца, которое они, хотя еще не в полноте, но уже приобрели, возрастая в нравственно-христианской жизни; для юношей, возрасту коих, вместе с увлечениями, свойственны и сила, и свежесть, и воодушевление в борьбе с ними, побуждением к отречению от мира должны служить те успехи, которых они уже достигли в победе над лукавым, и то знание всесильного Слова Божия, которым они уже овладели, усердно изучая Священное Писание; для отцов, т.е. для мужей, достигших высокой степени нравственного совершенства, познание Безначального — познание самой высшей тайны спасения людей, от начала Богом определенного через Единородного Сына Его Иисуса Христа, служит достаточным основанием, чтобы любовь к Безначальному удержала их от привязанности к тленным и скоропреходящим благам мира сего.
"Не любите мира, ни того, что в мире...". Конечно под "миром" здесь разумеется не само по себе прекрасное и премудрое творение Божие, но все то, что в мире испорчено грехом и дает пищу греху, что сделалось враждебно Богу.
Далее апостол сам определяет, что такое этот мир, которого не должно любить: это — "похоть плотская, похоть очес и гордость житейская". Это, по учениию свв. Отцов, 3 детища самолюбия, или самости, которые, в свою очередь, являются корнями, родоначальниками всех прочих страстей, обуревающих человека. Это — сластолюбие, сребролюбие и славолюбие. Как побуждение не любить мира и того, что в мире, св. апостол выставляет то, что "мир проходит, и похоть его", и только исполняющий волю Божию пребывает во век (ст. 12-17).
"Дети, последнее время" — указание на то, что наступила последняя эпоха домостроительства Божия, которая должна окончиться вторым пришествием Христовым и кончиной мира.
"Как вы слышали, что придет антихрист, и теперь появилось много антихристов" — учение об Антихристе как об определенной человеческой личности мы находим в словах Самого Господа Иисуса Христа (Ин. 5:43), а особенно в посланиях св. апостола Павла, написанных много раньше послания Иоаннова (2 Сол. 2:3-9). Хотя самого Антихриста еще нет, но появились предтечи его, носители духа его, каковыми св. апостол несомненно считает появившихся уже в апостольское время лжеучителей вроде Симона Волхва, Керинфа, николаитов и других, от которых предостерегали христиан и св. апостол Петр, и св. апостол Иуда.
"Они вышли от нас, но не были наши..." — т.е. были раньше православными христианами, но только внешне принадлежали к Церкви, внутренне же были вне ее, почему и стали лжеучителями (ст. 18-19).
"Вы имеете помазание от Святого и знаете это" — апостол не говорит об антихристах подробно, ибо уверен, что христиане имеют сами просвещение от Духа Святого через совершенное над ними таинство миропомазания. Вначале христиане получали особенные дары Духа Святого через возложение апостольских рук, но вскоре это действие было заменено действием помазания св. миром, как это видно еще из 2 Кор. 1:21-22 и Еф. 4:30.
"Знаете все" — конечно, в смысле: "что нужно для спасения, а потому можете распознать ложь еретиков". Все же в качестве самого верного признака, по которому верующие могут узнать лжеучение, св. апостол указывает отрицание или искажение истинного понятия об Иисусе Христе как явившемся для спасения людей Единородном Сыне Божием.
Такой "не имеет и Отца", ибо только через Сына Божия мы научаемся познавать и любить Бога Отца (Мф. 11:27). Для того чтобы быть в крепком единении и с Сыном, и с Отцом, надо крепко держаться апостольского исповедания веры ("что вы слышали от начала..."). Только в этом случае можно получить жизнь вечную (ст. 20-26).
Далее св. апостол вновь подчеркивает важность великого дара благодати, который получают верующие через таинство миропомазания: "помазание, которое вы получили от Него, в вас пребывает, и вы не имеете нужды, чтобы кто учил вас", и внушает непоколебимо держаться исповедания Божества Иисуса Христа, заканчивая свое увещание напоминанием близости второго пришествия Христова и обещанием дерзновения, то есть уверенности в оправдании в день суда: "не посрамимся", т.е. не будем осуждены (ст. 27-29).

В 3-ей главе св. апостол на основании ранее высказанных мыслей говорит о проявлении в самой жизни общения с Богом и делит людей по жизни их на детей Божиих и на детей диавола. Грехопадением Адама род человеческий был порабощен диаволу; искуплением Господа Иисуса Христа всем людям дарована возможность быть детьми Божиими, получая возрождение в таинстве крещения и укрепляясь в Божественной жизни другими таинствами и собственными усилиями следовать в жизни по стопам Христа, по заповедям Его (ст. 1-8).
"Всякий, рожденный от Бога, не делает греха" — это выражение должно понимать не в том смысле, что верующий христианин никогда не грешит (это противоречило бы словам самого св. Иоанна в 1:8-10), а в том, что он не отдает себя легко и добровольно в рабство греху, но всеми силами старается удалиться от греха, борется с ним, а если и падает, то спешит исповедать свой грех (1:10), а не служит ему, как идолу.
Точно так же, когда апостол говорит: "кто делает грех, тот от диавола", речь идет не о том человеке, который имеет в себе грех (1:8) и делает злое (Рим. 7:20), хотя и ненавидит его, а о том человеке, который любит грех, делает его с услаждением и с сочувствием к нему; речь идет здесь о грешнику предающемся греху постоянно и нераскаянно, а не о том, кто, согрешая по немощи, сознает свои грехи, сокрушается о них и старается загладить их чистым раскаянием и исповеданием (ст. 8-9).
Характерной чертой детей Божиих, в отличие от детей диавола, служит еще любовь к ближним и вера во Иисуса Христа как Сына Божия, действительно, а не призрачно (как учили некоторые еретики, например (докеты) пришедшего на землю во плоти и пострадавшего за грехи мира. Отрицательным примером, как не следует относиться к ближним, св. апостол выставляет братоубийцу Каина и говорит, что подобен ему не только физический убийца, но и "всякий, ненавидящий брата своего" (ст. 10-15).
Величайший образец истинной любви к ближним, которому мы должны следовать, это Сам Господь Иисус Христос, положивший за нас душу Свою (ст. 16). Истинная любовь к ближним доказывается делами милосердия (ст. 17-18): "станем любить не словом или языком, но делом и истиною". Сознание истинной любви к ближним, проистекающее из добрых дел, успокаивает нашу совесть и делает нас дерзновенными в молитвах пред Богом, давая некую сыновнюю уверенность на услышание (ст. 19-22).
При этом апостол напоминает, что заповедь Божия собственно одна, хотя и состоит из 2-х частей: "чтобы мы веровали во имя Сына Его Иисуса Христа и любили друг друга, как Он заповедал нам". За исполнение этой заповеди мы удостаиваемся преискрен-него единения с Богом, свидетельством чего является обитание в нас Духа Божия (ст. 23-24).

В 4-ой главе св. апостол увещевает христиан не всякому духу верить, но испытывать духов, "от Бога ли они". Для сего пробным камнем св. Иоанн поставляет основной догмат христианства о воплощении Бога Слова: "всякий дух, который исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, есть от Бога". Здесь "исповедует" значит не только "устами", ибо мы знаем из Евангелия, что и бесы исповедовали Иисуса Христа Сыном Божиим своими устами через бесноватого, но всею жизнью своею. По словам св. Иринея Лионского, эти слова апостола направлены против докетов, ложно учивших, будто Господь имел лишь призрачное тело, но не воплощался на самом деле (ст. 1-З).
Но проявления в мире духа антихристова через всевозможных "духов лестчих" — еретиков — не должны смущать христиан: "дети, вы от Бога и победили их" — дело Божие должно восторжествовать над всеми ересями. Лжеучители торжествуют лишь временно, потому что "они от мира" и умеют приноравливаться ко вкусам и страстям мира, отчего мир и слушает их.
"Мы от Бога", говорит далее апостол, и потому "знающий Бога слушает нас". Это и есть признак того, как отличить "Духа истины" от "духа заблуждения" (ст. 4-6).
Другая характерная черта детей Божиих — любовь к ближним: она духовно сродняет их с Богом, вводит в теснейшее общение с Ним: "будем любить друг друга, потому что любовь от Бога... Бог есть любовь". Не имеющий в сердце своем любви к ближнему "не познал Бога" — не имеет надлежащего понятия о Боге.
Выражение "Бог есть любовь" принадлежит только св. апостолу Иоанну и не встречается больше нигде в этом виде в священных книгах, хотя понятие такое есть. Это — самое лучшее и полное определение понятия и существа Божия (ст. 7-8).
Наивысшее проявление любви Божией к людям в том, "что Бог послал в мир Единородного Сына Своего, чтобы мы получили жизнь чрез Него". В этом — сильное побуждение для нас к любви как к Богу, так и к ближним, ибо только "пребывающий в Любви пребывает в Боге, и Бог в нем" (ст. 7-16).
Эта любовь так высока в своем совершенстве, что достигает до дерзновения перед судом Божиим и из сердца верующего совсем изгоняет страх. Конечно, апостол говорит здесь о страхе рабском, который несовместим с сыновней любовью к Богу: страх сыновний этой любовью не исключается (ст. 17-18).
Призывая христиан к любви к Богу, апостол со всей силою убеждения настаивает, что любить Бога можно лишь при условии деятельной любви к ближним: "кто говорит: я люблю Бога, а брата своего ненавидит, тот лжец". Любить невидимое гораздо труднее, чем любить видимое, а потому не может быть истинной любви к Богу у того, кто не любит "брата своего". И сверх того: такова и заповедь Божия, чтобы "любящий Бога любил и брата своего" (Мф. 22:38-39), (ст. 19-21).

В 5-ой главе св. апостол разъясняет, что заповедь о любви к ближнему не тяжела для христианина, ибо она естественно вытекает из заповеди о любви к Богу: "всякий любящий Родившего, любит и рожденного от Него". Любовь к ближнему является, таким образом, естественным следствием нашего сыновства Богу. Бог — наш общий любящий Отец, а мы все — дети Его и друг другу — братия. Признак Истинной любви к Богу — соблюдение Его заповедей, что для любящего не тяжко. Верующий имеет для этого еще и особую силу, побеждающую мир со всеми его искушениями. Эта сила — вера в Сына Божия: "сия есть победа, победившая мир, вера наша", потому что по вере нашей нам даруется в таинствах благодатная помощь Божия для борьбы с искушениями. Самым возвышенным примером победы над миром могут служить апостолы Христовы, приведшие своею проповедью весь мир, первоначально столь враждебно настроенный, к подножью креста Христова (ст. 1-5).
Утверждая истинность нашей веры, что Иисус Христос действительно есть Сын Божий, воплотившийся, пришедший на землю и дарующий нам жизнь вечную и победу нам миром с его греховными искушениями, апостол ссылается на 3-х Свидетелей на небе и на 3-х свидетелей на земле. Свидетели на небе: Отец, Слово и Святой Дух, а свидетели на земле: Дух (тот же Дух Святой, но уже не в Его лице, или Ипостаси, а в Его действиях, которыми Он свидетельствует о Христе, усвояя совершенное Искупителем искупление приемлющим его верою), вода и кровь (истекшие из ребра Иисусова как истинного Человека и ставшие веществами двух величайших таинств — крещения и причащения).
В Ветхом Завете при левитском Богослужении главными действиями, при посредстве которых согрешающие очищались от грехов и примирялись с Богом, были — очищение водой и очищение жертвенною кровью (Числ. 19:9 и Лев. 14:5-7). Эти действия, как и весь обрядовый закон Моисеев, имели преобразовательное значение в отношении ко Христу и совершенному Им спасению человечества (Евр. 10:1; 1 Кор. 10:1 и далее).
Христос отменил преобразовательное в Ветхом Завете и заменил оное самою сущностью вещей, или истиною, но под образом, т.к. образ необходим для уразумения истины для человека, состоящего из души и тела; прообраз в Новом Завете заменен образом. Вода есть образ крещения, кровь есть образ искупления человечества крестной смертью Спасителя. Таким образом, "пришествие Иисуса Христа водою и кровью" — это есть установление Им таинства крещения и таинства причащения.
"Не водою только, но водою и кровию" — эти слова, видимо, направлены против современного апостолу еретика Керинфа, ложно учившего, что Божество Христово соединилось с человечеством лишь при крещении Его и опять отделилось от Него при страдании, так что пострадал не Сын Божий, а простой человек (ст. 6-9).
Кроме того, христианин имеет и внутреннее свидетельство в себе самом: это удостоверительное свидетельство в своем собственном духе, запечатленном помазанием (2:20) или печатью Духа Божия (2 Кор. 1:21,22), по которому он знает и уверен, что он во Христе примирен с Богом и имеет упование жизни вечной. Об этом внутреннем свидетельстве говорил Сам Господь (см. Ин. 7:16; 3:33). Это внутреннее свидетельство выражается также в молитвенном дерзновении верующего: "когда просим чего по воле Его, Он слушает нас". Поэтому, если мы по любви к согрешающему ближнему нашему молимся за него, "Бог даст ему жизнь".
Но при этом апостол делает важную оговорку: если только ближний наш согрешает "грехом не к смерти". Это различие "греха к смерти" и "греха не к смерти" имеет тот же смысл, что и слова Господа Иисуса Христа о том, что всякий грех и хула отпустятся или простятся людям, но хула на Духа Святого не отпустится людям ни в сем веке, ни в будущем (Мф. 12:31-32).
"Грех не к смерти" — это всякий грех человек который происходит от общей слабости человеческой, — грех, очищаемый искренним покаянием и сердечным сокрушением и потому не подвергающий грешника духовной смерти.
"Грех к смерти", или смертный грех, — это грех тяжкий, совершив который, человек так ожесточается сердцем, что становится не способным к покаянию. Таков грех упорного неверия, упорное отступничество от веры, не принимающее никакого вразумления, ожесточенное закоснение в еретических заблуждениях или тяжких нераскаянных грехах, ставших как бы второй природой человека, а потому неисцельных. По-видимому, апостол считает, что нельзя быть уверенным в силе молитвы за ближнего, коснеющего в смертном грехе, ибо успеху такой молитвы противодействует неверие и ожесточение самого грешника.
В заключение (ст. 18-21) апостол кратко приводит основные мысли послания о том, что рожденный от Бога не грешит, т.е. не побеждается грехом всецело, потому что хранит себя благодатью возрождения и лукавый не прикасается ему, что христиане от Бога, а мир неверующих во зле лежит; Сын же Божий дал нам истинное знание, чтобы хранить себя от идолов, т.е. от всякого зла вообще.

 



 
Икона дня

Погода
Курс валют
Поиск
Теги


счетчики

Rambler's Top100